Дженнаро Гаттузо перед матчем с «Пармой» призвал «Лацио» сохранить интенсивность и предупредил о последствиях снижения темпа.

Накануне матча «Лацио» — «Парма» Дженнаро Гаттузо выступил на пресс-конференции.

Как оставаться скромными? Какие сигналы вы увидели на этой неделе?

Мы сделали немного меньше, чем на прошлой неделе, у нас было на один рабочий день меньше. Команда живая, были небольшие проблемы с Тейлором, который пропустил полторы тренировки, но вчера он тренировался с командой. Однако настрой правильный. Я пересмотрел матч, мы должны играть с той же интенсивностью, желанием и напором. Если снизим уровень, завтра будет очень и очень тяжело. Сейчас наш секрет в этом: если захотим контролировать ход матча или играть медленнее, получим по зубам так, что запомним надолго.

Три матча за короткий срок: будет ротация?

Приоритет — завтрашний матч, после него нам, безусловно, придётся принимать решения. Но думаем только о завтрашнем дне, а с воскресенья начнём работать, чтобы понять, что делать дальше.

«Лацио» блеснул физической подготовкой в матче с «Юве»: может ли это стать стандартом?

Я не гонюсь за объёмом в показателях, меня интересуют интенсивность, максимальные пики. Вот показатель, который меня интересует и которого мы добиваемся в течение недели, именно он определяет разницу. Объём километража зависит от того, как ты его набегаешь... Фраттези в воскресенье очень мало касался мяча, но 5 раз коснулся его в штрафной, постоянно тревожил соперников. Можно ошибаться в передачах, но главное — действовать интенсивно и осмысленно, без тех провалов, которые случались в некоторых матчах. Вот такой менталитет я хочу видеть.

Забили уже 10 игроков: случайность или результат целенаправленной работы?

Я говорил вам, что схемы мало что значат, нужно занимать зоны. Сколько раз вы видели центральных защитников в чужой штрафной? Всё дело в заполнении зон. Мы двигаемся, не оставаясь в рамках конкретных амплуа, и это помогает самым разным игрокам забивать.

Вы видите команду, которая чувствует опасность? Диа перед встречей с «Юве» говорил о вашей работе после «Мантовы»...

Всё просто: у нас есть путь, менталитет и желание. Оказываться на мяче первыми и действовать жёстко. Ошибка — часть игры, я провёл много матчей, мы знаем, как всё может сложиться. Самая большая ошибка — недооценка, сегодня нельзя недооценивать никого. Матчи никогда не заканчиваются. «Парма» много била по воротам в игре с «Торино». Хотя мы провели 7 матчей, мы уже получили большой опыт. Иногда нам везло, кто-то наверху был к нам благосклонен. С «Миланом» мы рисковали, с «Монцей» — то же самое. Нельзя просто что-то сказать, и нет выключателя, который срабатывает мгновенно: включиться нужно уже сегодня, вернее, ещё вчера. Мы должны думать о самих себе. Я, штаб, игроки и клуб. С тем, что говорят другие, мы ничего поделать не можем. Мы должны хорошо готовиться к игровым ситуациям.

На этой неделе вы на пару дней сняли каску? Получаете удовольствие и наслаждаетесь моментом?

У меня есть недостаток: я мало чему радуюсь, даже игроком был таким. Всегда думаю о том, что будет дальше. Я доволен, да. И горд. Вижу на матчах или в течение недели моих футболистов в раздевалке, им хорошо вместе. Я подошёл к трибуне поблагодарить болельщиков, но заслуга принадлежит им. Зак затащил меня в общую кучу, я это очень оценил. С первого дня они демонстрировали огромную привязанность и желание. Мне нравится видеть, что им хорошо вместе. Есть люди, которые мало играют, у кого-то иногда грустное лицо — это часть игры.

Какие два-три принципа для вас не подлежат обсуждению?

Уважение, пунктуальность, соблюдение времени — это основа. Иначе всё превращается в цирк, тут мы действуем жёстко. Футболист должен думать только об одном, один раз оправданием могут стать ворота дома… В Ольгате некоторые ворота заклинивает, когда идёт дождь, тогда, возможно, придётся перелезть и быстро побежать, со мной такое случилось две недели назад… (смеётся, прим. ред.). Нужно интенсивно тренироваться и проявлять уважение, я предпочитаю, чтобы человек сказал мне, что поздно лёг спать, провёл вечер вне дома или выпил лишний бокал. Но никому не позволю испортить мне тренировку: достаточно 2 человек, которые тренируются плохо, чтобы интенсивность упала. При этом дверь моего кабинета всегда открыта, я умею слушать, не держу зла, если с кем-то повздорю, вскоре у меня всё проходит. Сегодня футболисты живут с телефоном в руке, ложатся на массажный стол и смотрят что-то своё. Раньше для меня такое было немыслимо для человека, который приходит на процедуры. Ещё и потому, что он должен сосредоточиться и, возможно, помочь физиотерапевту. Но они такие, я не могу злиться. Иногда мы проводим тесты, чтобы оценить усталость. Мы знаем, превысили ли нагрузку или переборщили с работой. Иногда прислушиваться к футболистам полезно, но потом я не хочу слышать жалоб. Когда я чего-то прошу, нужно делать именно это. Нельзя делать что-то наполовину. Я верю в то, что мы делаем, и мы движемся вперёд, во многих вещах компромиссы невозможны. В других — да, но не в работе, в которую я так верю. Здесь компромиссов нет.

Вы видите в команде желание взять реванш за прошлые сезоны?

Безусловно, если у кого-то его нет, ему нужно заканчивать. Если у спортсмена нет мотивации, он не может заниматься спортом на самом высоком уровне. У кого её нет, пусть вбивает гвоздь в стену и вешает на него бутсы. Я вижу это. Всё это создаётся неделя за неделей, путь — в самоуважении и работе.

Как Тейлор? Он решил свои проблемы?

Вчера он тренировался, сегодня посмотрим на его состояние. Завтра оценим.

Катальди?

Это исключительно моё решение, он уже 10–12 дней в порядке. Когда придёт момент, он сыграет. Он очень помогает нам в раздевалке и на тренировках. Безусловно, его время тоже придёт.

Исаксен похож на Тавареша? Можно ли добиться от него большего?

Густав силён, у него есть шестая передача, но он должен быть в порядке. На днях тоже возникла небольшая неразбериха. Когда я говорил о невидимой тренировке... Для меня это восстановление. Когда даёшь один-два дня отдыха, иногда это важнее тренировок. Он должен правильно к этому подходить. Говорю по опыту: я никогда не отдыхал. Потом обновил свои знания, немного поучился, понял, что восстановление иногда важнее работы. Он не должен постоянно работать на пределе.

В концовке матча с «Юве» мы увидели 4 крайних защитников...

Я почувствовал, что нужно сделать так, оставалось несколько минут, и мы хотели довести матч до нужного результата.

Медицинский штаб говорил о графиках для травмированных: они вернутся на следующей неделе?

Мне не хочется, чтобы однажды футболист косо посмотрел на меня из-за рецидива, потому что мы поторопились. Всё зависит от того, какое у него повреждение. Мы знаем, какие у нас показатели и какие тренировки мы проводим с тех пор, как пришли сюда. Они должны быть готовы. Бессмысленно выпускать игрока на поле, чтобы вскоре потом жалеть самих себя. Чтобы быть готовым, нужны ускорения, торможения, смены направления и так далее, и так далее. Поэтому они ещё не в общей группе. Сейчас Марушич и Ровелла занимаются отдельно, хорошо работают, у них были серьёзные травмы. Если случится рецидив, мы сами себе навредим. Надеемся, что Гудмундссон через 10 дней сможет бегать самостоятельно без боли, надеемся снова получить его в своё распоряжение до «Наполи». Но это моё предположение. Что касается Ровеллы и Марушича, дай бог, если ничего не случится, возможно, через 4–5 дней они будут частично работать с нами.